Государство и религиозные объединения


ЦДДК "Старая Русь"

Державин А. Русский, примешь ислам?

 

Русский Вестник, 19.04.2002

 

Давно наблюдаемые попытки создания и пропаганды «русского ислама», «ислама для русских» вышли в последнее время на качественно новый уровень.  Отличительной особенностью сегодняшней ситуации является тот факт, что если раньше проекты такого рода были уделом политиканов типа Гейдара Джемаля, то теперь подобную пропаганду осуществляют люди, формально далекие от ислама, но занимающие зачастую серьезные посты в государственных и информационных структурах. Наблюдаемый нами вариант «русского ислама» отличается в первую очередь пропагандой государственной значимости ислама, ориентацией именно на радикальный ислам, противопоставляемый традиционным мусульманским структурам, и, наконец, сопряжен с активной дискредитацией российского Православия, в первую очередь священноначалия и наиболее активных пастырей.  В качестве первого примера происламской пропаганды можно привести деятельность бывшего главного редактора газеты «НГ-религии» Максима Шевченко. В возглавляемой им газете регулярно публиковались материалы радикально-исламского толка, вплоть до интервью с Шамилем Басаевым и прямой апологии ваххабизма. Здесь же пропагандировалась необходимость «диалога», поисков «общего языка» с экстремистами, в появлении которых виноватой оказывается «иерократия», т. е. в данном случае официальное мусульманское духовенство, стоящее на умеренных позициях; утверждение приоритета «подпольных джааматов». Здесь же — пропаганда «ислама для русских» и непременная критика руководства Русской Православной Церкви, выходящая зачастую за любые допустимые пределы.  Шевченко тесно сотрудничает с администрацией Приволжского федерального округа, где подобные идеи также пользуются немалой популярностью. Здесь в первую очередь следует упомянуть Сергея Градировского, советника Кириенко по вопросам межконфессиональной политики. Именно с его подачи администрация ПФО оказалась вовлечена в организацию многочисленных мероприятий по «русскому исламу» и радикальной исламской пропаганде.  Последнее из них: недавно теми же Шевченко, Градировским и неким Олегом Клоченком, руководителем общественного фонда «Ислам России», был организован так называемый пресс-клуб «Восточная политика». Организаторы заявили, что задачей пресс-клуба является предоставление российским журналистам и политикам возможности найти общий язык с «исламским миром», получить о нем адекватное представление.

Симптоматично, что сама концепция «исламского мира» как единого целого вызвала резкое неприятие со стороны приглашенных на первое заседание пресс-клуба журналистов из традиционно мусульманских стран: последние в один голос заявили, что «исламского мира» как такового не существует. Другое дело, что подобные представления свойственны именно фундаменталистам, одержимым панисламистскими идеями.  Очень интересна реакция Шевченко на критику со стороны египетского журналиста в адрес радикальной организации «Братья-мусульмане»: Шевченко чуть ли не с пеной у рта утверждал, что эта организация, дескать, ни в чем дурном не замечена, тогда как египтянин был убежден в обратном. Уместно будет вспомнить, что именно организация «Братья-мусульмане» известна как один из основных спонсоров бандформирований, действующих в Чечне. В большинстве цивилизованных исламских стран подобные организации, проповедующие панисламизм и применение религиозных норм в качестве гражданского права, запрещены и преследуются; египетский журналист, несомненно, выражал точку зрения своего правительства. Чью точку зрения выражают, отстаивают и пропагандируют организаторы пресс-клуба, вопрос, думаем, излишний, как и вопрос о том, какие задачи он выполняет. Вопрос «ислама для русских» также, кстати, находится в сфере его внимания. При этом Олег Клоченок парадоксальным образом выступает сразу в двух качествах: как руководитель фонда «Ислам России» и одновременно - некоего фонда Св. Феофана Затворника, созданного при поддержке администрации Нижегородской области и обеспечивающего оргтехникой православные учебные заведения.

Апология «альтернативного ислама», сопряженная с критикой Православия, присутствует практически в том же виде на сайте чеченских экстремистов «Кавказ-Центр». «Феномен быстрого распространения ислама среди русских» объясняется по той же нехитрой схеме: Русская Православная Церковь, дескать, неспособна удовлетворить духовные запросы традиционно православных российских граждан, церковное учение запутано, церковное руководство погрязло в пороках и т. д., ислам же прост и ясен. Интересно, что подобные же утверждения мы можем встретить и у российских национал-экстремистов: многие из них, подобно ваххабитам критикуя Православие как «еврейскую религию», делают выбор в пользу язычества либо ислама: достаточно вспомнить редактора «Национальной газеты» Александра Севастьянова, одиозное движение «к Богодержавию», возглавляемое отставным генералом Петровым, и других.

Ислам и язычество для русских в качестве альтернативы Православию парадоксальным образом объединил в своей программной статье и бывший священник Полосин, принявший ислам; заметим, что статья была опубликована новосозданным сайтом «Религии в России», организованным при активной поддержке Фонда эффективной политики Глеба Павловского. На презентации в президиуме можно было видеть и Шевченко, и других активистов обсуждения «русского ислама», причем Шевченко опять же произнес речь о том, что ваххабиты - вполне нормальные люди, он, дескать, с ними общался и может найти общий язык, а в радикализации рядовых верующих виновата все та же «иерократия», занимающая умеренные позиции. Практически все присутствующие были едины в своем негативном отношении к священноначалию РПЦ. Тут же заметим, что именно Фонд эффективной политики и его руководитель в последнее время организовали против Церкви и ее священноначалия несколько информационных провокаций, включая открытую поддержку самозваной суздальской «иерархии» в качестве «альтернативной Церкви» и интервью Максима Мейера.

Еще одной структурой, кровно заинтересованной в развитии «русского ислама», является так называемая Евразийская партия России, возглавляемая Абдул-Вахедом Ниязовым, русским, принявшим ислам и сменившим имя и фамилию на тюркские. На их сайте, на который, кстати, с удовольствием ссылается и «Кавказ-Центр», - все те же истории про простых русских парней, которым всю жизнь чего-то не хватало в Православии, в конце концов нашедших свое счастье в мечети. Тем не менее эта партия получает поддержку команды Волошина. Той же командой поддерживается школа культурной политики, тесно взаимодействующая со структурами Павловского; ее возглавляют Ефим Островский и Петр Щедровицкий. Выпускники этой «школы» фактически контролируют информационно-аналитические центры Приволжского и Северо-Западного федеральных округов.

Недавно стало известно, что именно Островский и Щедровицкий активно участвуют в осуществлении «исламского проекта», по их рекомендациям работает группа Градировского. В частности, в недалеком будущем на центральных телеканалах планируется серия передач, пропагандирующих «русский ислам». Разрекламированная программа «Невод», предполагавшая якобы создание православной информационной сети, разрабатывалась лишь как прикрытие и вряд ли будет реализована; в то же время в Нижнем Новгороде открыт «исламский» университет, более того, в администрации ПФО активно пропагандируют идею перевода и издания на русском языке (за государственный счет!) исламской литературы с целью якобы «преодоления экстремизма». Популярны также ссылки на демографическую ситуацию - дескать, через десять лет мусульман в стране будет чуть ли не половина, поэтому государство должно заранее готовиться к их доминированию. Подобные тексты озвучивали и Вахидов, и Градировский, и Сергей Кириенко.  Примечательно, что и Максим Шевченко после ликвидации «НГ-религий» перешел на государственную службу именно в администрацию Приволжского округа, советником по религиозным вопросам.

Вообще же межконфессиональные отношения в ПФО далеки от идеала: в Татарстане преследуются и фактически лишаются права на национальную самоидентификацию кряшены - православное тюрко-язычное меньшинство: имеются случаи поджога православных храмов, противодействия строительству церквей со стороны активистов Татарского общественного центра, многочисленные случаи безнаказанной ваххабитской политизированной пропаганды и т. д. В качестве другого полигона по созданию «русского ислама» рассматривается, видимо, Северо-Западный округ: традиционного ислама там нет, зато в последнее время в СМИ всячески рекламируется созданная в Петрозаводске русская мусульманская община.  На сайте «Странау» мусульманское руководство Кировской области заявляет, что число приверженцев ислама в этом регионе растет в основном за счет русских (!). В качестве примера, однако, приводятся сведения об одном-единственном обращении; очевидно, что здесь желаемое выдается за действительное. В действительности же не являются редкостью случаи преследования принявших Православие со стороны мусульман экстремистской ориентации. Православные же не намерены смотреть на это спокойно и не собираются давать в обиду своих новых братьев во Христе. Между тем подобного рода обращения - отнюдь не редкость; Русская Православная Церковь не утратила своего интегрирующего потенциала, и в Православие переходит больше представителей традиционно мусульманских народов, чем русских — в ислам. Причем происходит это в основном не в результате религиозной пропаганды, а в смешанных браках, как один из аспектов ассимиляции.

При всем уважении к исламу мы должны констатировать, что тезис о том, что декларируемая «многоконфессиональность» российского общества непременно предполагает равную значимость всех «традиционных религий», в данном случае - Православия и ислама, не может быть признан верным. Равенство перед законом не отменяет и не может отменить того факта, что именно Православие исторически служило для России интегрирующим фактором, тогда как политическое измерение ислама можно, к сожалению, характеризовать лишь отрицательно. Более того, прикрываясь фразами о «равноправии религий» и «традиционном сосуществовании», апологеты «альтернативного» ислама откровенно признают его политическую ангажированность. Тот же Шевченко откровенно заявляет, что в его понимании мусульмане России являются наиболее активным компонентом российского общества именно потому, что они стремятся к созданию исламского государства (!). Гейдар Джемаль в интервью газете «Завтра» говорит следующее: «Говорить об Исламе как о религии в семантике нынешнего русского языка будет неточно, некорректно. Слово «религия» пришло в русский язык из латыни, прошло долгую эволюцию и сегодня выражает, скорее, сентиментально-уповательное отношение к каким-то сверхъестественным аспектам жизни, которые в принципе не накладывают никаких обязательств в реальном нашем существовании. Ислам сам себя называет не религией, он сам себя называет словом «дин», которое в приблизительном переводе означает «закон», «политическое установление», некую социально-политическую реальность, идущую от Бога». «Вера и джихад - это стержень ислама». Далее (что принципиально важно!) следуют те же тезисы, дословно, до совпадения терминов, что мы можем наблюдать и у Шевченко, и у других «либералов», специализирующихся на «освещении» религиозно-общественной темы: ключевое слово — «иерократия». «Клерикализм - узурпация религиозных ценностей». «Мы живем в эпоху продолжающегося господства клерикалов, в эпоху иерократии». Смысл и у Джемаля, и у Шевченко, неоднократно высказывавшего идентичные тезисы, и у многих других именно в том, что некая «иерократия», легальная иерархия, неважно, мусульманская или православная, «узурпирует» религиозные ценности, произвольно якобы присваивает себе право определять их и вообще говорить от имени верующих; более того - в том, что сам принцип, в соответствии с которым существуют эти религиозные организации, изначально порочен и должен быть пересмотрен. Подобная идеология используется прежде всего для дискредитации существующих религиозных организаций безусловно с целью преуменьшения их значимости и влияния и последующего в перспективе замещения «альтернативным» Православием и «альтернативным» исламом.

Обратим при этом внимание на то, что если «альтернативное Православие», поощряемое, например, командой Павловского, представляет собой кучку маргиналов, не имеющих реальных перспектив и влияния, то «альтернативный ислам» фактически является не чем иным, как агрессивным парарелигиозным движением, имеющим мощную организационную и финансовую поддержку из-за рубежа и нацеленным, как, напомним, признают и его апологеты, на решение именно политических задач, т. е., собственно, не является религией, а уж тем более традиционной, имеющей право рассчитывать на внимание и поддержку государства. Удивительна пассивность, проявляемая в этом вопросе руководством РПЦ: некоторое время назад тот же Градировский заявил на конференции, проходившей в Московской Духовной академии, что альтернативный ислам способен работать и сотрудничать со всеми органами власти, социальными структурами, с различными достижениями современного научного прогресса, не останавливается на этом, реально идет вперед, реально развивается, чего не скажешь о православных церковных структурах.

Никакой реакции со стороны организаторов конференции не последовало; потрясает политический инфантилизм наших православных собратьев, за десятком компьютеров не разглядевших открытой проваххабитской агитации.  Мы видим, что идет согласованная работа, предполагающая, с одной стороны, обеление в массовом сознании русских, российских политиков и журналистов «альтернативного» радикального ислама, с другой же стороны - пропаганду и внедрение идеи о приемлемости исповедания ислама, причем именно в нетрадиционных вариантах, русскими и другими традиционно православными народами; пропаганду «русского ислама» как реальной альтернативы Православию, сопряженную с агрессивной критикой как Православия, так и традиционного ислама. Нет нужды говорить, насколько опасны для нашего государства, для нашего общества подобные идеи, да еще с перспективой применения в политической плоскости. Более того: независимо от того, реальны подобные проекты или нет, попытки их осуществления предпринимаются на весьма и весьма высоком уровне, а размах позволяет говорить о неплохой организации и финансировании. Самое же страшное в том, что, очевидно, истинные заказчики и вдохновители подобных проектов находятся отнюдь не в России и не в странах СНГ. А если так, до какой степени подконтрольны чуждому влиянию ведущие государственные чиновники? Реальной же альтернативой пропаганде «альтернативного» ислама является не что иное, как именно традиционное сосуществование традиционных российских конфессий.  При всем уважении к нашим согражданам, традиционно исповедующим мусульманство, нельзя не сказать, что именно Православие, именно наша Церковь была, есть и будет государствообразующей конфессией; именно к ней принадлежат русские и большинство других народов России. Поэтому всякие попытки искусственным путем преуменьшить ее влияние, вмешаться в конфессиональный баланс, безусловно, вредны и для государства в целом. 

Александр ДЕРЖАВИН.

P.S. «Русский ислам» между тем приобретает конкретные очертания. В исламизаторы Руси решил податься экс-гл. редактор «Независимой газеты» Виталий Третьяков, который вместе с Шевченко и Градировским зарегистрировал новое издание - «Независимое религиозное обозрение».

© 2007-2012 Центр древнерусской духовной культуры "Старая Русь"